Повелительница волн  - Дженнифер Доннелли

Нила потянула Серафину за руку. Они поднялись с груды коралловых водорослей и проплыли через полуразрушенный дверной проем. Время сурово обошлось с древней аркой. Стены старого дворца обвалились, а вместе с ними и крыша. Мозаичные полы скрылись под какими-то обломками, зарослями анемонов и кораллов. В помещении, некогда бывшем тронным залом Мерроу, по-прежнему устремлялись ввысь колонны из синего кварца – остатки былого великолепия.

– Ты обязательно должна увидеть рубиновое ожерелье, которое я сегодня надену. Оно принадлежит моей матери. Совершенно непреодолимо, – заговорила Нила, когда они поплыли бок о бок. Она болтала, изо всех сил стараясь увести разговор от Махди.

– Как поживают твои родители? – спросила Серафина.

– Отлично! Сказочно! Шлют наилучшие пожелания и сожалеют, что не смогли приехать. Но кто-то должен присматривать за государством в отсутствие дяди Байлаала.

– А как дела у императора и императрицы? И у твоего брата и… Махди?

– Просто прекрасно. Правда, сегодня я их еще не видела. Вчера вечером мы расстались около восьми. Я так устала, что сразу отправилась в свою комнату и завалилась спать. И все остальные сделали то же самое.

– Нила…

– О! А я рассказывала тебе, как мы в последний раз ездили с государственным визитом? Ха! Такая забавная вышла история, – сказала Нила и принялась торопливо и подробно рассказывать.

Серафина слушала вполуха и наконец перебила подругу.

– Так, э-э-э… как дела у Махди?

У Нилы сжалось сердце, улыбка сползла с лица.

Серафина остановилась.

– В чем дело?

– Ни в чем, – живо воскликнула Нила. – У Махди все хорошо.

– Хорошо? У моей двоюродной бабушки Берты тоже все хорошо. Чего ты недоговариваешь?

Нила вытащила из кармана еще одну конфету.

– Ой, это такая вкуснятина. Засахаренный плоский червь с медовым взморником^[11]. Попробуй! – предложила она подруге.

– Нила!

– Ну, пожалуй, Махди немного изменился с тех пор, как вы познакомились, – призналась Нила. – То есть в последний раз вы виделись два года назад. С тех пор мы все изменились.

– Послушай, я знаю, ты его кузина, – сказала Серафина. – Но ты еще и моя подруга и должна рассказать мне правду.

Нила вздохнула.

– Хорошо, тогда… вот тебе правда: его чокнутое высочество принц Махди, кажется, переживает переходный возраст. По крайней мере, так говорит тетя Ахади. Она во всем винит Язида.

– Твоего брата? А он-то здесь при чем?

– Язид помешан на вечеринках. Готов осьминога на голову надеть, только бы повыставляться. Мои родители не знают, что и делать, а тетя Ахади просто в бешенстве. Говорит, Язид сбил Махди с пути истинного. Эта парочка вечно где-то пропадает. Все это началось около года назад – тогда они и прокололи уши. Тетя Ахади на стенку лезет от ярости. Они с моей мамой пригрозили выбросить эту парочку на берег и там и бросить.

– Это не похоже на Махди, которого я помню, – пробормотала Серафина, нервно теребя оборку платья. – Нила, я должна спросить у тебя еще кое-что. Лючия сказала, что…

Нила развернула очередную конфету, откусила кусочек и состроила гримасу.

– Гадость. Забродивший морской еж. – Она скормила конфету проплывавшему мимо абудефдуфу^[12].

– …Лючия сказала, будто у Махди есть подружка. Она сказала, что он… – Серафина осеклась.

Нила сосредоточенно вытирала пальцы о листовидные водоросли каулерпа, но поняв, что подруга умолкла, тоже посмотрела вперед. И тоже увидела их. Тела двух русалов. Распластанные под огромным кораллом в глубине внутреннего двора, неподвижные.

Серафина запаниковала.

– Не… не могу понять, дышат они или нет. Нила, мы должны им помочь. Думаю, они мертвы! – проговорила она, подплывая ближе.

Нила тоже ударилась в панику (совсем по другой причине) и процедила сквозь зубы:

– Нет, они не мертвы. Только, если тетушка Ахади об этом услышит, они пожалеют, что не умерли.